Финансовая сторона миграционной политики

Экономическая инженерия на примере миграции в Хатае

По данным французских комиссий в 1936 году на территории Александреттского Санджака (совр.Хатай) проживало 220.000 жителей. Несмотря на то, что турецкое население составляло заметное большинство (39%), в пропорции к другим этнорелигиозным группам они находились в подчинительном меньшинстве. Многочисленное население не турецкой национальности состояли из арабоговорящих жителей (28%), из жителей армянской этнической диаспоры (11%), из арабских суннитов (8%), из адептов христианских общин (ок.8%), из жителей, принадлежащих различным национальным меньшинствам (курды, черкесы, евреи) – 4%.

Отрывок из книги Dr Hasan Ayparlar «Некоторые стороны Кырыкхана», 2002, Антакия

После того, как 23 июля 1920 года французы, использовавшие армянские ополчения против арабских сил, оккупировали Алеппо, сирийское правительство, обеспокоенное этой ситуацией, в ответ обрушивается с гневом против армян.

Армянам, живущим в Сирии, необходимо было селиться в более безопасных районах, где не было густого расселения арабов. После распада Османской империи, Искендерун и его окрестности оказались под властью французского мандата и были подходящими для вынужденной миграции сирийских армян.

Присутствие армян в регионе полностью соответствует политической составляющей стратегии Франции. Французский мандат вместе с армянскими жителями обосновали аварийные центры в населённых пунктах Александреттского Санджака (Искандеруна)- Белен и Кырыкхан.

Набережная Искендеруна

Армянский миграционный комитет, состоящий из армян-дашнаков, занимается непосредственной организацией расселения армянских семей на этих территориях. Переселение армян в Искендерун и его окрестности осуществляется группами – от десяти до двадцати человек. Таким образом, за короткое время количество проживающих в этих районах армянских жителей увеличивается в пятнадцать раз.

Французский режим выдавал им деньги на переселение. Они не жили в лагерях, как это обычно бывает в таких случах миграционного движения. Переселенцы могли выбирать себе место для проживания.

Армяне, которые не хотят делить правление с арабами, настроены на исключение Александреттского Санджака из Сирийского арабского союза. Они полагаются на защиту французов и надеются достичь стабильности в регионе, активно поддерживая французскую политику.

Сохраняя некоторую автономию, Александреттский Санджак стремился к отделению от Сирийского арабского союза. Армянские активисты планировали создать независимый регион, основать здесь маленькую Армению. Политика ослабления влияния турецкого населения планировалась с помощью специальной программы демографического сдвига путём экономической инженерии. Суть её заключалась в финансовом рычаге, основанном на национальной дискриминации. Политика «Прогрессивной миграции» направлена на то, чтобы поддержать приезжих, но постеппено выжать с территории местных. Регион был населён людьми, которые были против новой власти, установившейся в Турции.

В Александреттском Санджаке против турецкого населения принимались меры, которые вели к снижению доходов турецкого населения. Финансовый портрет программы, реализуемой новым режимом против турок, состоял в том, чтобы привести к полному краху и «обеднению турок».

Часть этой программы включала в себя регламент, согласно которому государственные служащие на ключевых позициях и уровнях постепенно заменяются людьми из числа немусульманского населения. Таким образом, органы по рассмотрению жалоб взяты под контроль. Поступающие от турецких лиц жалобы на притеснения, рейдерские захваты и экономические санкции, либо зависали, либо просто не рассматривались представителями административной власти.

Второй шаг – это изменение налоговой системы. Ставка налога стала фиксированной. По этой причине многие не могли заплатить кабальный налог. Если раньше налог взымался с доходов, превышающих 10% от дохода, то в дальнейшем последовали установленные комиссией суммы с дохода от урожаев, когда ещё не было этих самых урожаев. Некоторые семьи, даже отдав весь урожай, порой, всё равно оставались в должниках.

Существовала система взыскания налогов, которыми занимались специальные боевые отряды. Под битье и физические издевательства люди отдавали последние палки-травинки, в счёт погашения налогов.

Боль этого периода отражена в стихотворении местного поэта Али Юдже:

Когда я был маленьким,

Не знал, что я турок,

И об Ататюрке не слышал ещё.

В памяти дни колонизации…

Когда французский кредитор

За долг отца в три франка,

В счет налога выдал сотню ударов хлыстом.

Экономическая инженерия имела весьма успешные результаты. Произошёл демографический сдвиг и постепенный передел земельной собственности.

Известные армянские деятели, такие как Хачадор Ага и Мисак Бей, начали ссужать сельчанам деньги под стопроцентную ставку в обмен на землю. После уплаты налога заемными деньгами крестьянин может купить только столько семян, сколько нужно для посева в почву, в то время как его долг рос с каждым годом в геометрической прогрессии. Долг превышал стоимость поля, находящегося в его владении. Таким образом, земли в Кырыкхане и Рейханлы постепенно стали переходить из рук в руки, и сельский житель остался без дома на своей родине.

Хасадор Ага, Мисак Бей, Антонион участвуют в закупках чуть ли не почти каждого участка сельской земли. Деревня Чаталтепе становится собственностью Хачадор Ага, а деревня Яслиюрт переходит в полное владение Антониона. Антонион также покупает восемь тысяч гектаров земли в бывшей деревне Камберли, позже известной как складская ферма Дурмуш. Сёла Согуксу и Оз-Оззкизылкая перешли под контроль армянского населения.

Губернатор района Кырыкхан Сытки Бей является важной частью экспериментальной налоговой системы. Этот человек достиг своего положения, женившись на армянской женщине, впоследствии уволил всех турок из администрации. Свою карьеру он начал с того, что стал сексотить против своих земляков. Работая на армянскую власть, он долгое время шпионил и передавал информацию на турецких жителей. В качестве награды он получил место губернатора Кырыкханского района. До сих пор его имя числится в списке предателей Турецкой Республики. После референдума, когда Александреттский Санджак в 1938 году был аннексирован, Сытки Бей сбежал в Сирию.

Всего за небольшой промежуток времени в Кырыкхане, в котором проживало девяносто пять армянских семей, армянское население увеличилось до четырех тысяч пятьсот человек. Кырыкхан со всей своей организацией и благотворительностью находился на пути к превращению в армянскую колонию.

Этот курс хатайского передела шаг за шагом будет изменён молодым лидером М.К.Ататюрком.  

В период установления Республики Турция территорию Александреттского Санджака переименуют в Хатай. Французские войска покидают территорию мандата, а с ними уезжает большинство армянских мигрантов. Всем переселенцам, прибывшим сюда из Сирии, дали время на «подумать» 6 месяцев. Они должны были либо уехать в Сирию, Ливан, либо принять турецкое гражданство.

Боязнь потери национальной идентичности, память погромов 1915 года, открытый вопрос о служении в армии республиканской Турции, тот факт, что многие вообще были не из этой местности способствовали тому, что с июня 1938 года под октябрь 1939 года из Хатая в Ливан и Сирию выехали 8000 армянских жителей. Точной статистики всех уехавших нет. Разные источники называют цифры от 11.000 до 14.000 человек. Эту миграцию можно считать добровольной.

Не все армяне уезжают отсюда. Остаётся несколько семей, разбросанных по районам Хатай, небольшая группа, члены которой селятся в селе Вакыфли возле Самандаг. На сегодня это единственная армянская деревня в Турции, население которой насчитывает около 130 человек.

В результате активных торговых сделок, займов, налоговых сборов земельная недвижимость этой области переходит из рук в руки. При отъезде армянские владельцы, успевшие за период с 1920 до 1938 года увеличить своё состояние, стараются сбыть его туркам, возможно, по заниженной стоимости.

Есть свидетельство о продаже/передаче земельного участка и дома армянской семьи при отъезде в Ливан из Хатая в 1939 году, описанный в статье Mustafa Tayfun ÜSTÜN «Социально-экономическое взаимодействие на примере семьи Agop Keshishian в Александреттском Санджаке (I J O S E S Том 3, Номер 6, Декабрь 2016 ISSN: 2148-8673).

Документ из архивов семьи Keshishian опубликован в 2012 году.

Мустафа Тайфун Устюн

Акт является официальным свидетельством, хотя и не относится к кадастровой форме, отображает сделку отношений кредитора и дебитора. При передаче Юсуфу за 30 сирийских лир под проценты, земли и дом отошли от владельца Агопа. Юсуф взял на себя обязательства вернуть дом и участок в случае возврата денег от Агопа, а так же подтвердил намерение ухаживать за домом и участком, содержать их в надлежащем виде. Документ скреплён сирийской печатью и подписью свидетелей сделки.  Сделка описана на турецком языке, с применением латиницы. Очевидно, что все народы, населявшие Хатай, использовали турецкий язык. Два свидетеля были от армянской стороны, два свидетеля-мусульмане. Интересно, что армянские свидетели использовали латинский скрипт, а мусульмане арабские скрипты. Юсуф и Ильяс подписали документ отпечатком пальца, что свидетельствует о неграмотности кредитора и свидетеля.

Все пра принадлежат автору @tatyanagarsh. Возможно использование в некоммерческих целях с обязательным указанием автор и ссылки на текст.

В случае использования в коммерческих целях без разрешения автора на основании авторского права будет открыт процессуальный акт в юридических органах. По всем вопросам публикации обращаться по адресу info@miizturkey.ru